Есть трава называется Плакун, растёт она возле рек и озёр, на лугах и болотах, высока трава, да стволом крепка, что не каждому сразу в руки дается… Цветы его точно факел, а по утрам плачет светлыми слезами… Слезы эти святая Богородица на ту траву роняла, когда Христа на кресте распинали… Всем травам мать плакун-трава, сорвать ее надо на рассвете 1 августа… Если от смертной болезни спасти захочешь, то следи чтобы ни один луч восходящего солнца травы не коснулся и успей до полного рассвета к ране немощного приложить, только тогда его на ноги поставишь… Эти слова прочитала мне Марта перед уходом и сейчас, стоя перед огромным заросшими разными травами лугом, я находилась в полной растерянности. Как найти нужный цветок, если все поле передо мной как ковер расстилается — голубые, жёлтые, красные — куда не кинь взор, всюду одни цветы. Деревья вокруг встали сплошной стеной, их пышные ветви шелестят под силой ветра, словно перешептываются, в темноте не то что цветок, сама себя не разглядишь. До рассвета осталось два с половиной часа и как известно, перед восходом солнца на землю опускается самое темное время. Птицы затихли, темно — фиолетовое небо и черная полоса леса за мерцающей зеркальной гладью озера почти слились в единое целое, разделяемые лишь тоненькой ниточкой оранжевой полосы — это солнце затаилось за горизонтом в ожидании своего часа. Над водой застыла прозрачная дымка предрассветного тумана. Я вошла в океан холодной высокой травы и ласково поглаживая шевелящиеся под дуновением ветра жестковатые листья, проникновенно произнесла: — Небо — отец… Земля — мать… Подскажи, покажи где растет плакун-трава… Три раза я произнесла волшебные слова, вспомнив как учила бабушка: растения, как люди, все видят, все слышат, и чувствуют так же, как мы. И боль и радость — ничто им не чуждо. Ты траву срывая разрешения спрашивай и прощения у земли ее матушки проси, это все равно, что дитя от родной матери отобрать… Земля тебе и здоровье и силу даст, если и ты не со злом, а благодарностью к ней обратишься… Вдали, у журчащего ручейка я увидела слабое свечение, словно кто-то уронил в траву горсть сверкающих алмазов и по наитию двинулась в ту сторону. Мои джинсы ниже бедра насквозь пропитались росой и тяжело висели на мне замедляя шаг, руки замерзли от прохладных росяных брызг, но я никуда и не спешила, зная, что времени у меня в запасе предостаточно.

Я так думала и зря, потому как спустя минуту мою правую лодыжку обхватило нечто холодное и с силой сдавив, словно удавкой, скинуло на землю и потащило назад, к лесу. Закричав от страха, я хваталась руками за листья, траву, землю — все, что попадалось, но то, что схватило меня, было намного сильнее и волокло мое тело вместе с вырываемыми из земли растениями. Тогда я как следует тряхнула ногой и мой враг рывком, как тряпичную куклу перевернул меня на спину. Ударившись хребтом о твердую землю, я выругалась почувствовав как боль отразилась во всех частях тела. Но больше всего меня расстраивал тот факт, что плакун-трава теперь была от меня на целый километр дальше, чем прежде.

— Ну, как тебе прогулка по лесу? — возникло надо мной ухмыляющееся лицо Лилит, и я в ярости принялась пинать ее ногами. Демоница крепко прижала меня к земле, придавливая коленом грудь и мое дыхание сперло от недостатка кислорода, силы словно вытягивало в землю.

— Что уже не так быстра, как раньше? А теперь представь, как рассвет уничтожает твою последнюю надежду на спасение Сеноя, а ты беспомощно наблюдаешь за этим. Ох, прямо сердце рвется… — издеваясь, притворно посочувствовала она мне. — Можешь поплакать — разрешаю. Люблю смотреть когда женщины оплакивают своих любимых, это меня вдохновляет. Ты ведь любишь этого ангела, правда? — она встряхнула меня и сильнее прижала колено. — Не вздумай лгать мне, я вижу тебя насквозь! Ни одна дура не пойдет на такие жертвы, если только ради любви.

Я задыхаясь, попыталась ответить, но вышло какое-то шипение. Лилит мой ответ не устроил, и она ослабила хватку.

— Что ты там бормочешь? — раздраженно спросила она, наклоняясь ниже к моему лицу, чтобы лучше расслышать, а мне только того и надо было.

— Ты меня достала! — выкрикнула я ей и воспользовавшись ее замешательством, со всей оставшейся силой отпихнула ее от себя.