— Вампиры нет, а вот проклятые и обреченные на вечные муки идиоты да. Вурдалаки и упыри — это не столь романтично звучит, как вампиры, да и выглядят они далеко нелицеприятно. Если сейчас происходит то, что я думаю, то у нас в скором времени появятся большие проблемы.

— У нас с вами большие проблемы! — раздался в коридоре громкий мужской голос и мы с Климом хором обернулись на человека эхом повторившим слова ангела. Среднего роста коренастый мужчина с аккуратно подстриженной короткой бородкой, в строгом сером костюме шел следом за врачом реаниматологом, стараясь идти с ним нога в ногу, хотя тот и бежал в приемник сломя голову.

— Поверьте моему слову, Иван Васильевич, эти дети нуждаются не в медицинской помощи. Завтра вы вспомните мои слова, но будет слишком поздно.

Врач остановился и раздражённо отмахнулся от него.

— При всем моем уважении, отец, оставьте ваши проповеди для своих прихожан, мне сейчас вовсе не до ваших суеверий, вы же прекрасно знаете, что я ярый атеист. В нашем городе появилась банда наркоманов и сейчас моя главная проблема вытащить этих глупых детей с того света.

Реаниматолог оставил священника в коридоре, а сам скрылся за дверью приемника и принялся раздавать медикам четкие короткие указания.

— Но это уже не дети… — растерянно проговорил батюшка ему вослед и тут наткнулся взглядом на нас с Климом. Увидев меня, сразу преобразился в лице и с удивлением смешанным со страхом, произнес:

— Маргарита? Маргарита Мирова?

— Нет, я Катя Мирова, — поправила я его смущенная тем, что он спутал меня с матерью. — Маргарита Мирова была моей мамой. Вы знали ее?

Священник замялся, он смотрел на меня с нежностью, сожалением и с каким-то благоговейным страхом.

— Ты поразительно похожа на свою маму, как две капли воды. Я знал ее очень давно и мне жаль, что ее больше нет.

Он развернулся и спешно направился к выходу, но я успела догнать его.

— Когда вы видели ее в последний раз? Вы знаете, как она умерла, и кто ее убил?

— Убил? — нахмурился мужчина и сразу стал похлопывать себя руками по карманам в поисках сигарет, усиленно пряча от меня глаза. — Нет, разумеется, я ничего об этом не знаю.

Как только он опустил голову, я поняла, что видела его раньше.

— Ваше лицо мне знакомо. До того как стать священником, кем вы работали?

— Прости, Катюша, но мне срочно нужно идти. Приятно было познакомиться с тобой, ты милая девушка и в следующий раз мы обязательно поговорим и вспомним твою маму.

— Вы ведь были следователем, разве нет? — перебила я его сбивчивую торопливую речь, схватив за руку и заставив посмотреть мне в лицо. — Человек в кожаной куртке и кепке, вы вели ее дело, я вас видела!

— Ты не могла меня видеть, тебя там не было! — резко ответил мне священник и вдруг его словно осенило. — Если ты только сама… Значит, ты не просто похожа на нее, ты ее полная копия.

— Скажите мне, что там случилось в той квартире? Я хочу знать правду, — я уже почти умоляла его. Вот она, правда, стояла у меня перед самым носом и я не могла упустить его.