— Что значит почему? Я… я не знаю… Пришла потому… Потому что пришла и все! Что за идиотский вопрос! Откуда мне знать, я просто знала, знала точно, что ты сможешь мне помочь. Ты единственный кого я знаю из врачей… — я смолкла, сама осознавая, что знаю Клима всего несколько часов, но отношусь к нему как к родственнику и лучшему другу. Меня тянуло к нему, но не как к мужчине или потенциальному любовнику, он внушал мне чувство безопасности, покоя, чувство уверенности. Я словно знала его тысячу лет…

— Я не знаю почему, — шепотом, чуть не плача призналась я. — Я доверяю тебе. Ты ведь сможешь мне помочь, правда? Сейчас я совсем одна, у меня больше никого нет в этом городе, кому бы я могла довериться. И мне очень, очень страшно.

Клим подошёл ко мне, сел напротив и взяв мои похолодевшие ладони в свои, спокойным проникновенным тоном произнес:

— Катя, то что ты видишь, это вовсе не сны. У тебя есть редкая на сегодняшний день способность ходить в астрал, где ты видишь умерших и потусторонних сущностей. Ты не спятила и все это реально, и ни один психиатр на свете не вылечит тебя от этого. Твоя бабушка смогла лишь на время отгородить твой разум от астрала, но вечно ты прятаться не сможешь и рано или поздно вернёшься туда вновь.

— Что такое астрал?

— Представь, что мир состоит из множества оболочек, каждая из которых отдельная самостоятельная реальность. Мы живём в одной из них, ошибочно полагая, что человек единственный вид разумного существа во вселенной. На самом деле, сами того не зная, мы практически бок о бок живем с иными существами, и они знают о нашем присутствии и даже способны влиять на нас и нашу судьбу. Среди людей испокон веков, в разных исповеданиях рождаются особо одаренные индивидуумы, которые гуляют по астралу, как по бульвару, используют обитателей иных реальностей в своих целях и интересах. Ты обладаешь этой способностью и совершаешь поход в астрал неосознанно, что может быть для тебя весьма опасно.

— Откуда ты знаешь столько всего об этом? — удивилась я.

Клим лишь развел руками.

— Так работа у меня такая.

Я нахмурились раздумывая над тем, каким образом может быть связана работа патологоанатома с миром других сущностей, как вдруг мне в голову пришла внезапная идея.

— Интересно, что было в здании терапии раньше? Одна санитарка как-то упоминала про роддом. Может, дело в этом?

Клим одобрительно хмыкнул.

— И каким образом мы это узнаем?

* * *

В нашей демократической стране испокон веков держалась традиция сугубой секретности, при этом любое событие или действие старательно документировалось, запечатывалось и хранилось в специальных архивах, попасть в которые без специального разрешения было невозможно. На каждого сотрудника в любой профессии создавались дела, включавшие в себя всю его подноготную вплоть до того, о чем он и сам не подозревал. К сожалению, за множество реформ и реорганизации многие документы куда-то пропадали, и к нашему времени найти редкую информацию было почти невозможно. Но только не в нашем городке. Такую глушь как наша интриги больших людей почти не затрагивали и в медицинском учреждении строго следили за развитием местного здравоохранения, ревностно блюли свою репутацию и уважали предков, поэтому я на сто процентов была уверена, что найду всю необходимую мне историю терапии в местном архиве. На мое счастье, Настя как раз отдала мне ключ от архива, чтобы я немного успокоила свои нервы за бумажной работой.