Люди бросали на меня удивленные взгляды, на мгновение, просыпаясь от повседневности, провожая яркое цветное пятно, стремительно мотающееся по городу, в панике и объятое чувством полной безнадеги, каждой клеточкой своего существа предчувствуя тупик за каждым поворотом. Лишь добравшись до центра и на минуту остановившись на краю бордюра, остановленная красным мигающим огнем светофора, я, наконец, определила перед собой цель. Слева по тротуару медленно приближалась шеренга шумных детсадовцев, с трудом сдерживаемая в строю парой воспитателей. Я обняла себя руками, в мыслях поторапливая светофор, совсем не собираясь забавлять своим неподходящим для прогулок видом впечатлительную детвору. В паре кварталов от перекрёстка жила тетка моей матери и несколько дней я собиралась перекантоваться у нее. А может и ночь. Чем скорее я уеду из этого города, тем будет лучше.
Прохладный ветер успокоил мои пылающие нервы и в тот момент, когда я ступила на освобожденный транспортом переход, в стороне раздался громкий рев разъяренного мотора, возмущенные крики и из-за поворота на всей скорости вырвался черный автомобиль. Тот, кто скрывался за тонированными стеклами видимо имел свои планы на правила дорожного движения, так как вместо того, чтобы сбавить скорость, водитель мчался на всех порах прямо на меня и десяток, сбившихся в кучу детей. Воспитатели пытались оттащить питомцев обратно на безопасный тротуар, но те лишь рассыпались еще больше, перепугано крича, как стая обезумевших цыплят.
Обычно, в критической ситуации у человека два выхода — либо бежать и прятаться, под воздействием инстинкта самосохранения, либо быстро реагируя на конфликт моментально находить разумный выход тем самым спасая себя и окружающих — такой вид чаще всего разыгрывается в кино, но в реальной жизни существует еще и третий — паника, которая убивает в разы больше, чем сама ситуация, какой бы опасной она не была. У меня всегда срабатывал четвертый выход, мною выработанный с рождения — мой мозг и инстинкт самосохранения отключались одновременно, и я действовала под воздействием интуиции, или вернее она руководила мной. Я не знала, какие цели преследовал водитель, да и размышлять об этом у меня не было времени, или же у него просто сорвало тормоза, с большой надеждой в душе, что хозяин машины не отъявленный наркоман в отключке, я сорвала с себя халат и бросилась навстречу автомобилю. Возможно, вид полуобнаженной женщины на пути шокирует водителя и он свернет в сторону, хотя, скорее всего меня просто раздавит всмятку, но возможно… есть маленький шанс, что за это короткое мгновение успеют спастись дети. Цветная тряпка в моей руке разлетелась по ветру, как огненный флаг, который со всей силы я бросила на переднее стекло, не на секунду не ожидая, что моя попытка сработает и, зажмурившись, внутренне приготовилась к смерти.
Удар не заставил себя ждать. Но ни боли, ни падения я не ощутила, лишь услышала оглушительный треск, скрип и человеческие вопли, как будто что-то металлическое разваливалось на части, съёживалось под действием мощного пресса. Спустя минуту, я осторожно открыла глаза и от яркого белого света из моих глаз бесконтрольно потекли слезы. Громадные белоснежные крылья раскрывались передо мной подобно стене, отгораживая меня и всю улицу от безумного автомобилиста, от машины которого остались лишь жалкие дымящиеся обломки. Лицо Егора было серьезным и простым, как обычно, лишь глаза его улыбались, а руки дважды за сегодняшний день потягивали мне мой злосчастный халат.
Через пару мгновений все исчезло, в воздухе остался лишь звук вспорхнувших крыльев ангела, и мне на колени упало белоснежное перо, единственное, что подтверждало всю реальность произошедшего.
— Девушка, вам нужна помощь? — кто-то тряс меня, но я оглушенная видела лишь смазанные лица обступивших меня людей. Вокруг стояла суматоха, послышался звук приближающейся полицейской сирены, но никто не смог ничего понять, все огорошено смотрели на дымящиеся обломки вывернутой наизнанку черной машины, столкнувшейся с невидимой бетонной стеной. Вокруг нее, хватаясь за голову, бегал и матерился на чем свет стоит пьяный мужик, то извиняясь перед всеми, то проклиная все на свете.
Ангелы.