— И знаешь, что самое интересное, — интригующе снизила голос Маша. — У него ведь и диагноз был совершенно несерьёзный. Обычная гипертония, причем ничем неосложненная. Его сегодня выписать должны были и вот вам, пожалуйста… Никогда раньше я такого здесь не видела, хотя и работаю не первый год.

Настя хлопнула пачку синих пластиковых папок на пост и со вздохом глубокого страдания схватилась руками за голову. Схватилась, конечно слишком громко сказано, скорее изящно дотронулась стараясь придать своему жесту как можно больше драматизма, но при этом не испортив идеальную прическу.

— Ох, девочки, эта терапия меня скоро с ума сведёт! Не неделя, а сущий ад. У меня проверка на носу, отчёт за месяц не доделан, и тут как на грех покойники друг за другом повалились, да ещё и патологоанатом новый. Ну, вот когда, когда скажите мне я должна им заниматься?!

— Я думаю, Анастасия Павловна, им сейчас заниматься нет острой нужды. У него самого сейчас занятий выше крыши благодаря тем же самым покойникам.

Настя перевела на меня взгляд и задумчиво прищурилась. У меня появилось ощущение, что она подобно сканеру прошлась по всему моему мозгу и одним взглядом прочитала всю подноготную. Не женщина, а член чекистской организации.

— Так вот что, — вдруг очнулась она от своих мыслей и я поняла, что информация получена, прочитана и заверена. — Ты сейчас пойдешь в морг. Медсестер у меня свободных мало, а ты новенькая и чем больше всего узнаешь сразу, тем быстрее впишешься в коллектив.

Маша возмущённо было открыла рот, но Настя предупреждающе пригвоздила ее острым взглядом в пол.

— Для чего в морг? — не поняла я своей значимой роли в этой миссии. — У меня на посту работы много…

— Послушай, родная, — холодно и безапелляционно прервала она меня и сунула свою кипу папок мне в руки.

— Сейчас ты слушаешь то, что тебе приказывает твое начальство и топаешь в отделение морга! И больше никогда в жизни даже мысли нахальной не допустишь перечить мне. Ты ещё и недели не проработала, а уже характер показывать решила? Я тебе быстро хвост прижму.

— А с постом я улажу, — уже мягче добавила она и ее перламутровые губы, несмотря на холодный взгляд, изогнулись в улыбке. — Главное, отдай эти истории умерших за ночь пациентов новому патологоанатому. А мне некогда.

Я в ужасе повертела в руках шесть историй, каждая из которых была аккуратно вложена в тоненькую папочку. Шесть покойников за ночь?! Это как же так?…

Если посмотреть статистику больничных смертей, то большая их часть перейдет на совесть терапии. К сожалению, исправить это никак нельзя, виной тому преклонный возраст пациентов и тяжесть заболеваний. Видимо именно поэтому морг решили выстроить по соседству с терапевтическим отделением, потому как помимо кратности смертей, в ранние годы медсёстрам и санитаркам приходилось тащить трупы на носилках, а это ой какое нелегкое дело.

В общем, идти далеко мне не пришлось. Я просто пересекла небольшой газон между зданиями и позвонила в дверь. Морг, как и его соседка терапия был оснащен дверным звонком. Причина проста, несмотря на то, что кроме одного врача и санитарки в здании никто не обитал (имеются в виду его живые обитатели), и учитывая необъятные размеры самого морга, ночью дежурная санитарка могла не услышать стук и медсёстрам из отделения грозило провести всю ночь у порога с мертвецом на руках.